Для просмотра данного элемента установите Flash Player

Уравниловка в СССР

5 мая 2012 - admin
article944.jpg

Анализируя крах социалистической системы, не уйти от рассмотрения такого явления как «уравниловка». В своё время тема уравниловки была одним из краеугольных камней в операциях антисоветской информационной войны.

Надо признать, что уже в шестидесятых годах в нашей стране сложилась странная ситуация: низкоквалифицированный труд стал оцениваться почти также, а порой и выше высококвалифицированного. Условно говоря, врач скорой помощи получал меньше водителя скорой помощи. Между тем, очевидно, что для приобретения навыков водителя, требуется потратить гораздо меньше времени и сил. Различие между представителем интеллектуального труда и будущим «гегемоном» начиналось ещё в младших классах школы, когда будущий кандидат наук корпел над книгами, занимался у репетиторов, почти не пропускал занятий и в некотором роде был лишен детства. Позже учеба в институте, потом года тяжелой работы и в итоге уровень жизни примерно такой же, как и у бывшего бездельника, вплоть до совершеннолетия болтавшегося на улице, и за пару месяцев научившегося крутить баранку.

Как утверждает известный оппозиционный политолог и публицист Кара-Мурза, подобное положение вещей характерно для традиционных обществ, в которых недооплаченность лучших представителей, компенсируется повышенным к ним уважением. При этом, Кара-Мурза признает, что уже в конце шестидесятых годов у советского человека появилась потребность самоутвердиться через деньги, то есть уважение к человеку стало сильно зависеть от его уровня материального потребления. И действительно, «инженер за 120» стал притчей во языцах, посмешищем.

Согласитесь, небывалая вещь, инженер находится на том же уровне, что и дворник! Это уже не уравниловка, это моральное издевательство над людьми умственного труда, подрыв престижности образования и науки. Мне возразят, а откуда же тогда очевидные успехи СССР в ВПК и ряде других сфер? Отвечу. Дело в том, что подавляющее большинство лучших советских конструкторов, ученых, изобретателей - это ещё сталинская гвардия, а в сороковых-пятидесятых годах интеллектуальный труд оценивался намного выше пролетарского. В семидесятых ещё ощущалась инерция ускоренной индустриализации, потребовавшей подготовки множества высококвалифицированных специалистов. Приходилось слышать и такое утверждение: «при Сталине специалисты были дефицитом, а потому и хорошо оплачивались, а когда их подготовили в значительном количестве, то, совершенно закономерно, они перестали резко отличаться уровнем жизни от рабочих». В таких рассуждениях, безусловно, есть рациональное зерно, но в них не учитывается фактор НТР, произошедшей как раз в конце шестидесятых начале семидесятых. Надо ли доказывать, что в этих условиях требовалась новая индустриализация?

Порой говорят, что «гегемон» заслуживает повышенных окладов, поскольку испытывает более тяжелые нагрузки, чем «интеллигент-очкарик». Так вот, это шариковщина чистой воды, таким людям я советую посмотреть на дрожащие руки врача, сделавшего многочасовую операцию, на его мокрый от пота лоб, и на то, как он курит одну сигарету за другой, пытаясь справиться с колоссальным нервным напряжением.

Стоит ли удивляться, что значительная часть интеллигенции отвергла советский строй, а у рабочего возникли необоснованные иллюзии? Он окончательно уверовал в свою избранность, и решил захапать себе всё. Вспомните шахтерские забастовки «первой волны», бастующие занялись форменным рэкетом по принципу «вы с нами по социалистически, а вот мы с вами по капиталистически». То есть технику им поставляй как и раньше, хлеб-молоко продавай им по заниженным, дотируемым ценам, а вот «свой» уголь они нам будут продавать как им самим захочется, и по той цене, которую они сами установят. Вот что бывает, когда целые группы населения по мироощущению оказываются явно не на своем месте.

В одной из своих статей Кара-Мурза пишет: «В МГУ 18 человек на место, а в водители никто идти не хочет». И тогда, чтобы человек захотел покрутить баранку, его надо обеспечивать высоким окладом, иначе некому будет грузовик водить.

Лично мне такие рассуждения кажутся немного странными. Судите сами, один из  восемнадцати абитуриентов поступает, условно говоря, в МГУ, а куда деваются остальные семнадцать? Почему они автоматически не идут в шахту, в торговлю, в дворники, наконец? Почему их приходится туда приманивать калачом? Почему государство создавало для них липовые экономические ниши, в которых интеллектуальный труд просто имитировался? Ведь именно так и появилась армия бездельников с огромным самомнением, игравшая в карты и домино в рабочее время. И это притом, что в других сферах людей катастрофически не хватало.

Создался опасный порочный круг: сначала государство убедило «провалившихся на экзамене» в том, что они способны заниматься интеллектуальным трудом. Поскольку само государство знает им истинную цену, то и оплачивает их «деятельность» по минимуму, тем самым, понижая престиж умственного труда и вызывая раздражение у интеллигенции. А в довершение безобразия государство, используя административный нажим, заставляет таких «интеллектуалов» ежегодно отправляться в село на «картошку» или перетряхивать свеклу на овощебазе. К чему все эти ухищрения? Не сдал экзамен, не можешь быть ученым, конструктором, офицером - занимайся тем, чем можешь. Крути баранку, торгуй морковью в магазине, подметай улицы, а если и в городе для тебя мест нет - отправляйся в деревню. Не следует создавать и поддерживать в человеке необоснованных иллюзий! Если бы государство не подпускало таких людей к НИИ на пушечный выстрел, то число псевдо интеллектуалов, недовольных социализмом, резко бы уменьшилось, а число хороших трактористов, мясников и дворников увеличилось. Почему так не было сделано? А именно потому, что элита уже  в те времена поставила цель  уничтожить социализм. Руководство страны не было заинтересовано в укреплении советского строя.

Рассматривая проблему уравниловки, необходимо ответить ещё на один вопрос: если интеллигенция отвергла советский строй из-за уравниловки, то почему же она сейчас поддерживает систему, в которой оказалась уже в совершенно нищенском положении?

Действительно, раньше профессор имел доход раза в полтора выше, чем водитель, и это профессора возмущало. Сейчас, когда уже уровень жизни водителя намного выше, профессор «голосует сердцем» за реформы. В чём тут дело? А дело в том, что интеллигенция неоднородна. Наши наиболее талантливые ученые теперь трудятся на благо других стран и живут получше, чем в советские годы и уж точно намного богаче рабочих, продавцов, дворников и так далее. Кое-кто из бывших доцентов переквалифицировался в программисты, аналитики, банковские служащие и смог «самоутвердиться через деньги». Остальные, те, кто «не вписался в систему», винят в этом, прежде всего самого себя. Пример более «удачливых» коллег заставляет их думать, что в новых условиях можно жить неплохо, а раз не преуспел, то пеняй на себя. Если бы никто не выигрывал в лотерею, то в неё бы и не играли. Но миллионы простачков упрямо тратят свои деньги (порой последние), поскольку раз в сто лет кому-то все же выпадает главный приз. Нет больше патерналистского государства, на гнет которого раньше списывались все собственные промахи.

Вообще патерналистская сущность системы является источником многих слабостей СССР и на этом стоит остановиться подробнее. Государство играло роль отца, народы составляли семью, в которой старшим братом был русский народ. А раз так, то для анализа некоторых процессов, происходивших в Советском Союзе, правомочно использовать модель «отец-дети».

Итак, что же такое семья? Какие отношения в семье считаются нормальными, а что в семье недопустимо? В каких случаях члены семьи сплачиваются, а когда семья распадается? Если мы ответим на эти вопросы, то существенно продвинемся в понимании событий недавнего прошлого.

Обществоведы давно обратили внимание на то, что патерналистское государство в минуту опасности становится очень устойчивым, но бывают такие исторические периоды, когда оно очень быстро превращается в хрупкую, беззащитную конструкцию. И действительно, в момент самых страшных потрясений Советский Союз продемонстрировал поразительную жизнеспособность, а в сытые и спокойные годы его как ветром сдуло. Сейчас эти два лика советской страны дают пищу для множества разнообразных политических спекуляций. Антисоветчики всех мастей козыряют тем, что СССР распался в мирное время и почти мгновенно, при этом никто даже не вышел его защищать, и делают из этого вывод о фундаментальной порочности социализма. Представители левой оппозиции в качестве контраргумента вспомнят оборону Москвы и красный флаг над Рейхстагом.

Марксисты скажут, что при строительстве социализма были нарушены некие объективные законы, и вот вам результат. На это им возражают многие авторитетные политологи. Например, Кара-Мурза предложил следующую метафору: «СССР - это здоровяк, которого сгубила бледная спирохета».

Так что же такое СССР: гигант на глиняных ногах или мощный здоровяк, по пьяни заразившийся сифилисом? На мой взгляд, ни то и ни другое.

В семье за всё отвечает отец, и когда нет хлеба, виноват только он. В этом очевидная слабость патерналистского государства. Но, к сожалению, список слабостей на этом не заканчивается. Когда ребенок маленький, он воспринимает господство родителей как должное. Да, дитя может покапризничать, потопать ножкой, но, получив подзатыльник, смиренно отправляется делать уроки. А всё потому, что папа кажется самым сильным и умным, а мама самой красивой и доброй. Но дети растут, власть отца начинает их тяготить. Уже лет в тринадцать они хотят жить своим умом, пусть и по-глупому, но по-своему, и это  - объективный процесс. Конечно, в нормальных семьях никто подростка не отпустит в свободное плавание. Потому то и возникает конфликт интересов между родителями и их повзрослевшими, но ещё не взрослыми детьми. Отец начинает стремительно терять авторитет, все его решения подвергаются подростком критическому анализу, и очень часто осмеянию. Ответ родителей на сложившуюся ситуацию, нередко сводится к закручиванию гаек. Но ни к чему хорошему это не приводит. Дети, всё равно рано или поздно вырываются из под опеки взрослых, и тогда они, как говорится, съезжают с катушек. Если молодому человеку авторитарный отец запрещал до восемнадцати лет даже притрагиваться к алкоголю, всё, жди беды, парень начнет хлестать водку. Если девушке в пятнадцать лет не позволяли красить губы, пиши пропало - пойдет по рукам.

Бывает так, что подросток вырастает, становится уже взрослым, но родители упускают этот момент. Им всё ещё кажется, что их ребенок маленький, они не готовы принять новую реальность. И вот тут уже начинаются настоящие проблемы. Господство отца перестает быть положительным фактором в становлении личности, напротив, наносит колоссальный вред всей семье. Мелкие поручения, который дает отец покровительственным тоном, вызывают у взрослых детей приступ бешенства и ненависти. Когда отец требует от первоклассника убрать тетрадки со стола, то ребенок хоть и поворчит, но подчинится и, самое главное не будет чувствовать себя униженным. Он понимает, что ситуация нормальная, что точно так же происходит и в других семьях. Но если взрослый человек оставил чертежи на столе, а отец требует собрать их, и не потому, что они кому-то мешают, а для того чтобы «приучить к порядку», то сын будет глубоко оскорблен. «Хватит, поучать и приучать, я давно уже самостоятельный человек»! Поручения отца будут восприниматься как идиотизм и унижение. Именно так и воспринимала наша интеллигенция поездки на «картошку» и овощебазу. Многие недоумевают, почему интеллигенция впадала в бешенство, неужели так уж сложно раз в году сгонять на несколько дней в поле? «Противникам» поездок в колхоз обычно указывают на то, что их ненависть совершенно неадекватна тому труду, который государство требовало от них совершить. Но разве дело в физической усталости? Взрослому сыну чисто физически не сложно убрать чертежи со стола, отчего же он бесится? А оттого, что его унижает само отношение отца. Государство-отец, отправляя людей на картошку, просто-напросто давало понять взрослым, что относится к ним как к детям.

А что бывает, когда отец ещё и глуп и ограничен? Проблема резко усугубляется. Он начинает вызывать уже презрение пополам с ненавистью. Что ж ты, старый осел, ни черта не понимаешь, а вяжешь по рукам и ногам? Воинствующее невежество  - страшная штука.

Итак, наш народ взрослел, но, что очень важно, взрослел неравномерно. В обществе было немало людей, которые вышли не только из детского, но и из подросткового возраста. Они хотели большей свободы, но при этом они готовы были и к большей ответственности. Всё-таки либеральный принцип - «я ничего не должен государству, кроме налогов», разные люди понимали по-разному. Одни поняли это как возможность скинуть оковы цивилизации, и теперь опускаются всё ниже и ниже. Увы, большинство населения составляли «подростки», которым знаний ещё не хватает, а детского страха перед родителями уже нет. Таких очень легко было соблазнить «сигаретой». Вот тут то и сыграл важную роль фактор холодной войны, пятой колонны и так далее.

Ситуация в России сложилась уникальная: у нас налицо союз нищих и богатых, ограбленных и воров. Союз взрослых и детей, которых убедили, что они взрослые. И дети, вкусив взрослой жизни, не хотят они назад, не хотят они под крыло. Взрослая жизнь - вот что манит ребенка сильнее всего на свете. Простите, за грубость, но подростку гораздо приятнее переспать с девушкой и выпить пива, чем вставать утром и по команде отца делать зарядку, потом ходить в школу, а по вечерам готовить уроки.

А как подобные проблемы решает тот же Запад? А очень просто. Детям разрешено быть чуть-чуть взрослыми, для них взрослая жизнь имитируется, в специально отведенных «местах», в культурных нишах вроде: «потребляй и занимайся сексом».

Разумеется, и  у нас эту проблему можно было бы решить, но в том то и дело, что элите это было невыгодно.

Фрагмент из книги Дмитрия Зыкина "Власть. Элита, народ. Подсознание и управляемая демократия"


Источник: forum-orion.com

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!