Для просмотра данного элемента установите Flash Player

Криминальные истории 90 х

4 февраля 2012 -
article516.jpg

Это был, дорогой читатель, 1992 год. Я уже работал художником в тогда еженедельном "Коммерсанте", но еще продолжал практиковать как психиатр и нарколог. Для меня это был очень трудный год. Подчистую сгорела построенная моими родителями дача. Папа лежал с инфарктом, и я думал только о том, как бы побыстрее построить на погорелом месте такой же дом, какой был, чтобы скорее все забыли эту кошмарную явь

История первая. Это был, дорогой читатель, 1992 год. Я уже работал художником в тогда еженедельном "Коммерсанте", но еще продолжал практиковать как психиатр и нарколог. Для меня это был очень трудный год. Подчистую сгорела построенная моими родителями дача. Папа лежал с инфарктом, и я думал только о том, как бы побыстрее построить на погорелом месте такой же дом, какой был, чтобы скорее все забыли эту кошмарную явь. Все заработанные деньги уходили на этот, как бы сейчас сказали, проект. Настроение было чудовищное, масса работы и полная неудовлетворенность собой. А вечером водка с пельменями, как лечение, в маленькой сырой квартирке на первом этаже с брутальными алкоголиками за стеной в последнем доме у МКАД. И казалось, дорогой читатель, никакого просвета впереди.

И вот как-то мрачный спускаюсь я в подземный переход в толпе не менее мрачных сограждан. Неожиданно слева меня, стремительно перепрыгивая через ступеньки, обгоняет молодой человек, и из него выпадает толстая пачка малознакомых мне тогда долларов. Я что-то кричу ему вслед, одновременно наклоняюсь за этой пачкой. Парень скрывается за углом, а деньги в это время хватает другой, которого я, в свою очередь, хватаю за руку, продолжая кричать. Задержанный мной шепчет мне на ухо: "Чего ты орешь, идиот, давай поделим деньги тихо-мирно пополам". Я его посылаю и тащу в подземный переход. А там уже народ остановил растерянного бегущего-потерявшего. На глазах у толпы я - задержанному мной: "Отдай деньги!" Задержанный: "Да на, на..." - возвращая их хозяину. И оба смотрят на меня как на полного идиота. Потом, рассказывая эту историю много раз, я слышал этот диагноз, с которым частично был согласен. Но чувство гордости собой было выше. Собой я был очень доволен, хотя и не раз представлял, как бы я мог распорядиться этими деньгами.

История вторая. Это был, дорогой читатель, уже 1995 год. Я работал в ежедневном "Коммерсанте", и мой "Петрович" вовсю шагал по стране. Дача была восстановлена. Я переехал в новую квартиру в центре, за которую, впрочем, отдавал долги. Дважды был за границей. Пробовал виски, джин, текилу. В моей голове было много интересных проектов, и в целом я был удовлетворен собой. И вот как-то иду я в хорошем настроении по Тверской, и слева меня стремительно обгоняет молодой человек, и из него выпадает пачка уже хорошо знакомых долларов. Я ему что-то кричу вслед, наклоняясь за пачкой, которую в это время хватает другой, которого я, в свою очередь, хватаю за руку. А потерявший пачку, не реагируя на крик, вскакивает в уходящий троллейбус. Я поднимаю голову и вижу, что держу за руку человеко-шкаф. Он легко освобождает свою руку от моей и тихо мне говорит: "Чего ты орешь, идиот, он уже уехал. Давай деньги разделим тихо-мирно пополам. Ты же видел, как он упакован, а мне и тебе деньги нужнее". И он отдает мне деньги со словами: "Я вижу, ты честный. Возьми пачку себе, а мне дай, что у тебя в кошельке, под залог, а через полчаса встретимся у памятника Маяковскому и поделим пачку". И я отдаю ему кошелек, в котором лежала довольно приличная сумма денег, которую я вез, чтобы заплатить за надгробный памятник папе, рассудив, что эта сумма намного меньше, чем полпачки долларов. "Шкаф" исчезает в подворотне, а я еще жду какое-то время для очистки совести потерявшего деньги, поражаясь тому, как похож этот случай на тот. Случай похож, да я, выходит, уже другой.

Не дождавшись, я иду в сторону памятника "горлану-главарю". На душе какая-то гадость, мерзость и отвращение к себе. Гадливость и стыд. У памятника Владимиру Владимировичу я простоял часа два. Никто не появился. Я приехал домой, достал пачку долларов и остолбенел. Наверху лежал цветной ксерокс со стодолларовой купюрой, а пачка состояла из нарезанной чистой бумаги. Так вот она какая, настоящая "кукла". "Идиот!" - сказал я себе. И потом, нечасто пересказывая эту историю, я не раз слышал этот диагноз.

История третья. Иду тут я на днях из магазина, и слева меня стремительно обгоняет молодой человек, и из него вываливается пачка до боли знакомых долларов. Я ничего не кричу ему вслед и прохожу мимо. Меня окликают: "Ты что, не видишь - пачка долларов... Давай поделим ее тихо-мирно пополам". "Бери! Все твое! Мне чужого не надо", - отвечаю гордо я.

Опять они появились. Это примета кризиса.

Ну, будь здоров, дорогой читатель, держи себя в руках и никогда ничего не подбирай с земли.

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!